Рассказы Священника Ярослава Шипова

Содержание

Рассказы Священника Ярослава Шипова.rar
Закачек 3582
Средняя скорость 3193 Kb/s

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 540 488
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 470 160

Мы никогда друг друга не видели. Она присылала мне письма: корявым почерком, на тетрадных страницах в клетку. Сбивчиво и суетливо пыталась пересказать историю своих духовных шатаний, падений и, смею надеяться, некоторых прозрений. Там было много всего — мне оставалось только расположить события правильной чередой.

Помнила себя Евдокия с первых послевоенных лет. Просыпаясь, видела перед собой в красном углу бабушкины иконки — бабушка, стоя на коленях, молилась. Солнечный свет заливал комнату, вкусно пахло желудевыми лепешками. Теперь, в старости, она понимала, что была в те времена так близка к Богу, как никогда впоследствии.

«Я любила тогда всех людей, особенно, конечно, родных. Любила до замирания сердца. Все любила: речку, небо, родительский дом. День начинался с бабушкиной молитвы и бабушкиной молитвой заканчивался».

А дальше женщина вспоминает, когда же это все стало уходить. Она помнит момент, как увидела на своей подружке новое платьице с рюшечками. И этим рюшечкам позавидовала. А рюшечки, если кто не знает, это сборчатые полоски материи, которые пришиваются к плечикам, рукавчикам, — чепуха в общем. Потом девочка позавидовала новым коричневым туфелькам другой подруги. А через зависть в нее вошли и прочие погибельные для души страсти.

Она выросла, вышла замуж. Родила трех дочерей. Работала в сельсовете. И вся остальная ее жизнь была посвящена тому, чтобы жить не хуже других. А по возможности — и лучше. Приобретались мебельные гарнитуры, ковры, холодильники, телевизоры, магнитофоны… Когда они устаревали, их заменяли новыми. И ради этих приобретений, вспоминала Дуся, она и взятки давала, и документы подделывала, приходилось лукавить, лгать, льстить, лицемерить… А денег недоставало. Стали выращивать скот на продажу, разводили кур, уток, индеек. В этих трудах муж ее стал инвалидом. Но все у них было — не хуже. «Дом — полная чаша». Его достраивали, расширяли. Так дожила до семидесяти лет. И вдруг дом за одну ночь сгорел. Дотла.

Все село помогало его тушить. Никакого имущества спасти не удалось. Успели только выпустить из сараев всю живность. Сами на улицу выбежали — она в халате босиком, а он в тренировочных штаниках.

И вот утром супруги сидят на скамеечке напротив пожарища. Рядом с ними кот. Корова пришла и коза. А остальные — разлетелись и разбежались. И тут ветерок донес слабый запах желудевых лепешек: за огородами была дубовая роща, и, вероятно, желуди попали в огонь. Это был запах из детства…

А мимо шел батюшка в храм — готовиться к службе. Он тоже всю ночь помогал тушить пожар. Евдокия за ним увязалась, пришла босиком в церковь. Батюшка занимался своими делами, а потом спрашивает: «Тебе чего?» Она подумала-подумала и сказала: «Поблагодарить Бога». Дуся боялась, что священник решит, будто она с ума сошла. А он спокойно и понимающе кивнул: «Отслужим благодарственный молебен».

Вышла она после молебна на улицу. И стало ей легко-легко. Взрослые спешили на работу, дети — в школу. «Как же я люблю этих людей!» — осенило вдруг Евдокию. Между тем еще вчера она едва ли не со всеми была в раздорах.

Соседи пригласили попить чайку. Сидят они с мужем за столом, и вдруг заходит землячка, которая давно переселилась в город. А в селе у нее был родительский дом. И он пустовал, потому что родители умерли. Кто-то сообщил ей о пожаре по телефону, и она сразу примчалась на большом красивом автомобиле.

Говорит: «Идите живите в этом доме! Вот ключи. А чтобы не было недоразумений, давайте я вам его сейчас продам за символическую цену! Мне он, честно, совсем без надобности». Супруги возразили: «У нас денег нисколько нет, даже символических». Но все же пошли в администрацию. А там уже приготовлена материальная помощь: «Получите и распишитесь!»

Открыли хату, и оказалось, что она очень похожа на ту, в которой Дуся провела детство. Даже иконы — словно бабушкины. И женщине стало радостно.

Тут начали приходить соседи, приносить еду, одежду. Возвращать кур, уток, индюшек. Но Евдокия сказала: «Куда улетели, там пусть и живут». Оставили козу — для молочного пропитания, а корову в тот же день и продали. Так и обустроились.

Внучки у Евдокии — взрослые девушки. Живут в городах, учатся. И вот она пишет: «Увижу по телевизору шубку какую-нибудь, думаю: «Надо, чтобы и у моей внучки такая была!» И тут же словно током: «Опять рюшечки!» Этим пожаром мне указание было дано, чтобы я поняла свою жизнь. Он для меня — специальный. Шифер ведь от пламени взрывался и разлетался, соседские дворы были усыпаны этим шифером, но ни у кого ничего не загорелось. Так что это мне — указание, мне — знак. Как же я благодарна Богу, что никто больше не пострадал! Из-за меня и моих рюшечек».

В сообществе типографских рабочих газетные печатники всегда существовали словно бы самостоятельной, отдельной жизнью. Главные причины тому — неизменно ночная работа и высокая напряженность труда. Конечно, и другим полиграфистам перепадают ночные смены, но то — перепадают, а печатающий газету на них обречен. Если упомянуть еще вой и грохот ротационной машины, насыщающую воздух взвесь из бумажной пыли и мельчайших частичек краски, станет ясно: работа эта тяжелая. Плюс к тому требует мастерства — газетного печатника вдруг не выучишь, не подготовишь, навыки копятся годами.

В своих типографиях газетных печатников знают мало, да и сами они плохо представляют, что делается на предприятии днем. Ночная жизнь других типографий им ближе и понятнее, и ротационеры-асы, где бы они ни работали, друг о друге наслышаны, даже если никогда не встречались. То есть это — особый мир, он невелик, и занимательные события, случающиеся в его пределах, быстро становятся общим достоянием.

Вот и Чуркин в этом мире некогда был известен, хотя он и не ас вовсе, и даже вообще не печатник: за долгие годы он так и не сумел обучиться ответственному ремеслу. Впрочем, и не пытался — не хотел: первый этаж его, кажется, вполне устраивал. Первый этаж — вотчина подсобных рабочих, машина здесь оснащается подающимися со склада ролями (именно бумажный роль, а не рулон — странно было бы называть рулоном монолит весом в тонну). Печатник с помощником располагаются на втором этаже. Величественные агрегаты эти состыковываются в ряд и образуют цех газетной печати.

Но и на первом этаже Чуркин не слишком усердствовал — не раз бывало: роль израсходуется, а нового нет — где подсобный рабочий? Поищут, поищут и найдут в каком-нибудь укромном местечке — спящим. Другого за нерадивость давно бы прогнали, но Чуркина выручала искренняя готовность покаяться и всегдашняя доброжелательность буквально ко всем — качества чрезвычайно редкие и оттого особенно притягательные. И потому его хотя и журили почти беспрестанно, но не наказывали. Сколько лет Чуркину, никто не знал, да и про семейную жизнь его ничего толком известно не было.

И вот однажды заглядывает в цех главный редактор, остановился у двери, поднял ладошку к плечу и сложил пальчики в куриную гузку — поприветствовал значит. Смотрят печатники на него — экий случай: впервые удостоил их главный своим посещением. Это прежний редактор, бывший фронтовой корреспондент, не боялся испачкать костюм — ходил по цеху, пожимал руки, а в новогоднюю полночь приглашал печатников в свой кабинет, чтобы поздравить и угостить крепким напитком. И лишь после этого уезжал домой.

Подошел мастер к главному — тот ему что-то на ухо покричал, да в ротации кричи не кричи — все равно ничего не слышно, народ знаками изъясняется. Ну и поскольку знаков этих главный не понимал, ушли на переговоры. Возвращается мастер: «Чуркина!» В общем, выяснилось: братское по тем временам государство наградило Чуркина орденом — давно, еще в сорок пятом, а Чуркин, стало быть, воевал, и вот «Награда нашла героя» — заметочку с таким названием сами же на другой день и публиковали.

Стал Чуркин собираться в братское государство, да одежки подходящей у него не нашлось. Ну, выписали на десятерых материальную помощь — одели, обули героя, и является он наряженный и при всех своих орденах и медалях. Глянули мужики, а среди них и фронтовики были, и ошалели: под тяжестью наградного металла пиджак с Чуркина натурально сползал на один бок и плечо в воротник высовывалось. Механик — светлая голова — сообразил приспособить добавочные подтяжки: сзади они к брюкам пристегивались, а спереди — к внутренним карманам чуркинского пиджака. Получалось, правда, что теперь брюки без пиджака и пиджак без брюк снять было невозможно, а это могло привести к неожиданным последствиям, но: «Терпеть буду, — обещал герой. — Виноват…»

Доктор философии

После службы – а дело происходило в Москве – отправился освящать квартиру. Пригласили две прихожанки. Незадолго до этого я же и крестил их: сорокалетнюю маму и тринадцатилетнюю дочку, и тогда еще они повели разговор об освящении своего жилища, страдающего от духов нечистых: по ночам кто-то там плакал, стенал, смеялся… А еще предупреждали меня, что бабушка у них – воинствующая безбожница, всю жизнь преподавала философию, профессор, доктор наук. Жили они втроем. Дед – партийный работник – давно умер, а отец девочки давно оставил семью. Приехали мы к массивному тяжеловесному дому, из тех, что именуются сталинскими, поднялись в просторную квартиру, и я занялся своим делом. Причем, пока совершались соответствующие приготовления и читались молитвы, бабушки видно не было, лишь потом, когда я пошел кропить пятикомнатные хоромы, она обнаружилась в рабочем кресле хозяина: высунувшись из за высокой спинки, сказала: “Здрасьте”, – и снова исчезла. Завершив освящение, я выпил чашку крепкого чая, предложенного хозяйкой, и уже одевался в прихожей, когда появилась бабушка, чтобы, наверное, попрощаться со мною.

Событие могло бы закончиться, не выходя за рамки рутинной обыденности, когда бы прихожанки мои не обратились к старухе с призывом принять крещение: мол, болеешь часто, да и годы преклонные… И тут произошел разговор, который можно посчитать просто забавным или анекдотическим даже. Однако по внимательном рассмотрении всякий желающий способен углядеть за словами старушки глубинный смысл. А то и вовсе – заглянуть в бездну…

– Мы – духовные антиподы, – сказала старуха, указывая на меня, – то есть противники и даже враги…
– Последние восемьдесят лет? – спросила девочка.
– Последние две тысячи лет, – отвечала старуха с гордостью, – и я не буду изменять вере своих отцов.
– В Маркса и Ленина? – насмешливо поинтересовалась внучка, намекая, наверное, на то, что и с верою своих предков – похоже, иудейскою – бабулька была не сильно знакома.
– Это тоже наши люди, – спокойно возразила старуха.
– А апостолы? – вежливо заметила ее дочь.
– Они изменили крови: наши учат брать, а эти учили отдавать.
– А Христос? – поинтересовалась девочка.
– Ха! – махнула она рукой. – Этот нам вообще чужой. Он – Сын Божий.

Тут дочка с внучкой натурально изумились тому, что воинствующая безбожница проявила вдруг некую религиозную убежденность. – Я всегда знала все то, что следует знать, но всегда говорила только то, что следует говорить, – внятно произнесла старуха.
– А чего ж ты в своем Израиле не осталась, раз уж ты такая правоверная иудейка? – набросились на нее дочка с внучкой.
– Там невозможно жить, – обратилась старуха ко мне, словно ища понимания, – там ведь одни евреи – это невыносимо…
– Ну и логика у тебя, бабуль! – изумилась девочка. – И ты с такой логикой сорок лет студентов учила?!
– Да – логика, да – профессор, да – доктор философских наук, а что. Что, я вас спрашиваю. Теперь будем уезжать не в Израиль, а в Америку.
– Зачем еще? – спросила женщина.
– Как – зачем? И она еще спрашивает – зачем? – старуха снова обратилась ко мне: – От погромов!

Дочка с внучкой стали возмущаться, однако из множества возражений бабушка приняла лишь одно: “Да у них на погромы и денег нет”.
– Нет, – эхом согласилась она и тут же энергично воскликнула: – Наши дадут им денег, и начнутся погромы! Что мы будем делать тогда?
– Спрячемся у батюшки, – отвечала дочь, утомившаяся от бесплодного разговора.
– А вдруг места не хватит, у него ведь могут найтись люди и поближе нас.
– Вот и крестись давай, чтобы оказаться поближе! – внучка рассмеялась.
– А кто у него дома есть? Кто будет нас защищать? Кто…
– Сам батюшка и будет, – оборвала ее женщина.
– Но он же, – задумчиво проговорила старуха, – он же уйдет на погром…

С тех пор покой этой квартиры не нарушался ни загадочным плачем, ни пугающим ночным хохотом. Бабушка, напротив, стала чувствовать себя крайне неважно: она жаловалась, что ее изнутри кто-то “крутит”, “корежит”, а однажды с ней случился припадок вроде эпилептического, хотя никаких намеков на падучую медики не обнаружили.

В конце концов, она не выдержала и эмигрировала за океан.

Что уж так не везло Америке на прошлой неделе – не знаю. Сначала мой приятель отказался туда поехать. Его приглашали послужить год в одном из наших храмов, а он отказался:

– Не люблю я, – говорит, – эту Америку. А ему:

– И не люби – только служи: храм – он ведь везде Дом Божий: что здесь, что там…

Батюшка повздыхал:
– Насчет храма, конечно, правильно, но не могу: представил, что служба кончилась, вышел из храма, а вокруг – пустыня духовная…

Его – дальше уговоривать: уламывали уламывали, пока он не впал в глубокую скорбь:
– Вот представлю, что служба кончилась, вышел из храма, а вокруг – сплошная Америка… Удавиться хочется…

Тут уж от него отстали: ну, действительно, если человек, коснувшийся этой страны одним лишь воображением, впадает в такую пагубу, лучше отстать.

На другой день двое семинаристов, помогавших мне в алтаре, разговорились о каких то своих перспективах:
– В Грецию или в Сербию наверняка не пошлют, но уж хоть бы в Европе оставили, а то отправят в какую-нибудь дыру, вроде Штатов.

То есть по представлению и приятеля моего, и двоих семинаристов страна эта безнадежно пребывала в кромешной тьме как страна мертвого духа.

А тут выхожу из алтаря после службы – забегают две девушки с рюкзачками: похоже – иностранки. Одна растерянно прижимается к стене, а другая, как положено, крестится, прикладывается к праздничной иконе, потом, после земных поклонов, к раке святого Василия Блаженного.
– Откуда? – спрашиваю, когда она подошла под благословение.
– Из Америки.
– Как зовут?
– Екатерина.
По-русски Екатерина говорила чисто, и я решил, что она – дочь нынешних эмигрантов:
– Русская?
– Нет: у меня мама гречанка. Она считает, что спасти человечество может только Россия, и потому с детства обучает меня русскому языку: первой учительницей у меня была русская княгиня.
– А папа – кто?
– Папа – американец, – и махнула рукой, – дикие люди, очень к земному привязаны: деньги, слава, карьера, власть, – больше ничего не понимают.
– А подружка?
– Тоже американка: “Мы – самые сильные, самые умные, самые лучшие, самые богатые, самые самые”. А в храм Божий вошла – и перепугалась. Я же говорю: дикие люди! Вместо души – калькулятор. Но меня одну не пускали, пришлось вместе с ней ехать. Мы уже были у преподобного Сергия, вечером отправляемся в Питер – к отцу Иоанну Кронштадтскому и блаженной Ксении, а потом – в Дивеево, к батюшке Серафиму.
– И что же: ты знаешь их жития?
– Конечно! Мы с мамой все больше русские книги и читаем. И каждый день молимся за Россию.
– А за Америку?
– Дерзновения нет.
– Это как же?
– Нет у нас дерзновения молиться за дом сатаны…
Мы распрощались. И тут же на Красной площади подходит незнакомая женщина:
– Батюшка! Что мне делать? Дочь вышла замуж за американца, уехала в Штаты, и теперь спивается.

“Вот уж для этого, – думаю, – вовсе не обязательно было забираться так далеко…”. Мы поговорили, я сколько мог, умягчил ее скорбь и пошел по родной земле восвояси.

«Первая молитва» — Полное собрание всех рассказов священника Ярослава Шипова

Задайте ВОПРОС или выскажите своё скромное мнение:

«Шел третий день. » — Я восхищена! Такое тонкое чувство юмора

Я восхищена! Такое тонкое чувство юмора

Я знаю отца Ярослава как

Я знаю отца Ярослава как замечательного священника, а сегодня открыл для себя и талантливого писателя. Непременно прочитаю все его сборники. Спасибо за Ваш талант, отец Ярослав.
Михаил Тихановский. г. Королёв

Хороший рассказ, но как от медалей защититься, устала я их волочить и делать вид, что мне кайфово.

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

С праздником!

Очень бы хотелось иметь возможность скачать все эти чудесные рассказы о. Ярослава в одном файле, а то очень неудобно их скачивать по одному!

Вы — первый человек (из тысяч), кто захотел эту возможность.

Вы — первый человек (из тысяч), кто захотел эту возможность. Можете рассказать, чем Вас не устраивает онлайн-чтение?
Интересуюсь ради других. Вам же могу послать на e-mail (но объясните, зачем Вам это нужно).

Мне тоже надо было скачать

Мне тоже надо было скачать все рассказы: кидал их на телефон, там распаковывал и читал.
Правда, сейчас все уже прочитал, так что надобность в рассказах в виде одного архива — отпала.
Но если нетрудно, сделайте в архив — для тех, кто не читал. 😉

Труд посильный, но растолкуйте подробнее

Труд посильный, но растолкуйте подробнее фразу «кидал их на телефон, там распаковывал и читал».
Тут какая-то экономия трафика? Или в другом преимущество?

Да, лучше, — дайте краткую инструкцию, как все это делать (чтобы читать с телефона).
Может и другим пригодится?

Преимущество — . банально в экономии времени

Для чтения online нужно время, чтобы сидеть за компьютером.
И время немаленькое. Ну нет его.
А трафик тут не при чем.

При скачивании на телефон или любое другое устройство (аудиоплеер, электронная книга, КПК), которое умеет воспроизводить текст, читать можно тогда, когда есть время: в метро, стоя в очереди, лежа в больнице и пр.
Никакой специальной инструкции не требуется: если Ваш телефон умеет воспроизводить текст, то закачайте и попробуйте прочесть, если нет — найдите другое устройство, которое умеет. Порча глаз и никакого мошенства.
И всегда с собой в кармане любимый автор:)) и большая библиотека.

Спасибо о.Ярославу Шипову большое и низкий поклон за рассказы, нравятся чрезвычайно!
Другой Anonimous

А как лучше выложить?

Каждый рассказ — в отдельном txt-файле (и все упаковать в один zip-файл)? Или одним длинным файлом?
В какой кодировке? UTF-8 или иной?

Как лучше выкладывать — даже

Как лучше выкладывать — даже не знаю.

Мне было бы удобнее целым файлом, чтобы читать в той последовательности,
в которой рассказы расположены в книге, потому что как отсортирует их устройство,
угадать не дано. Да и один файл смотрится как книжка, а отдельные — как россыпь.

Кому-то, наоборот, может быть удобнее работать с мелкими файлами.
Особенно если это телефон.

Кодировка — любая, ее всегда можно поменять под свое устройство.
Поменять кодировку проще, конечно, в одном файле, нежели в 100 поштучно:)
Мой плеер почему-то понимает только Unicode.

Будем очень благодарны. Если о.Ярослав сам не против такой выкладки.

Как лучше выкладывать №3

Но у о.Ярослава не видно никакой идеи в расположении рассказов друг за другом.
В разных сборниках — они перетасовываются, по видимости — случайно.
Так что получается, что особого смысла делать один длинный файл — нет.

UTF-8 — тоже вид Unicode, и как мне кажется — самый распространенный.

Отец Ярослав — не возражает против свободного распространения своих рассказов по сети Интернет.
При этом, как это решать технически — важно?
Если видите тут какие-то тонкости, то скажите, и я спрошу у батюшки.

Да, не спросил. А HTML-формат не годится? (Для телефонов и других вариантов?)
И если годится — то с картинками или без? Какие ограничения?

Буду признателен за читательские отзывы,желаю всем помощи Божией

Дорогие братья и сестры!

В издательстве Сретенского монастыря вышла книга моих рассказов. Это переиздание.

Значительная часть рассказов посвящена временам, в которые я начинал свое священническое служение. Начиналось оно на отдаленных сельских приходах.

Это были 1990-е годы, времена для страны очень тяжелые, — и для села, возможно, тяжелые вдвойне. Закрывались колхозы, совхозы, закрывались все государственные предприятия, какие еще были на тот момент. Расформировались воинские части. Позже стали закрываться больницы и даже сельские школы.

Народ, — кто разбегался, кто — вымирал. И получалось так, что в этом экологически чистом районе начало сокращаться население. Это — впервые со времен Великой Отечественной Войны.

Вот в этих условиях нужно было поднимать четыре прихода. В том районе, где я начинал служить, 60 лет не было священника. И вот появляется батюшка, в этом совершенно расцерковленном обществе. И общение со священником приводило иногда к таким казусным, иногда просто смешным ситуациям, которые и легли в основу целого ряда рассказов.

Но тематически книга не замыкается жизнью на селе и (географически) вводит нас в самые разные уголки нашей, пока еще необъятной страны.

(После чего отец Ярослав зачитал небольшой отрывок из своего рассказа «Пеликан»)

Буду признателен за читательские отзывы, желаю всем помощи Божией.

Уважаемый батюшка благодарим

Уважаемый батюшка благодарим Вас за рассказы! Ждём от Вас новых произведений! Желаем духовных и творческих успехов!

Город Челябинск семья Абрамовских

Благодарю Вас!

Низкий поклон Вам, отец Ярослав, за удивительно нежные и бесконечно печальные, но при этом оптимистичные рассказы!
После прочтения каждого рассказа хотелось сказать что-нибудь доброе Вам, но никаких сил не было оторваться от продолжения чтения. Что огорчило, так это то, что книга закончилась.
Очень рада была познакомиться с Вами.
Благослови Вас Господь во всяком деле во всякое время!

Очень нравится

Очень нравится, спасибо. Читаю и не хочу, чтобы заканчивалось:), а книжку заказал, вот теперь жду когда появится.
Еще раз — Спаси Вас Господь за ваш труд!

Очень благодарен за Ваш труд, я в инете попадаю на ваши рассказы по Воле Божьей как раз в тот момент, когда «тоскливо и серо» и мне хорошо:)
Все честно и живо: люди, судьбы и Господь.
Спаси Господи!

Совершенно уникальный мягкий юмор о.Ярослава.
Помимо всего его рассказы ещё и назидают.
Творческих успехов, отец Ярослав. +))

Здравствуйте! Несколько лет назад прочла маленькую книжку рассказов священника Ярослава Шипова, как-то не очень запомнилось по сравнению с рассказами о.Николая Агафонова, Олеси Николаевой. Вероятно, бегло читала и без соответствующего настроения. А недавно забрела на какой-то дьяконский сайт и там обсуждалась православная литература. Почти все православные литераторы, перечисленные в рекомендациях для чтения, мне были знакомы и отзывы были по сердцу. А один священник написал очень хорошие слова о рассказах о.Ярослава Шипова. Это меня удивило. Решила перечитать, отыскав на полке ту небольшую книжицу. И что же? Теперь вдруг я по-другому воспринимаю эти рассказы: наслаждаюсь красивыми предложениями, составленными с таким отменным юмором, что приходится подавлять смех — потому что чтение приходится на часы, когда соседи спят. Возвращаюсь домой после работы и с удовольствием протягиваю руку за полюбившейся книгой. Настроение поднимает! И четко просматривается жизнь селян, обычных русских людей. Оценка: отлично.

Здравствуйте отец Ярослав, спасибо вам за интересные и назидательные рассказы.
Знаю что Вы были одним из консультантов 8 серийного фильма «Батюшка» хотелось бы узнать если возможно по какой книге он снят

Фильм «Батюшка» снят по сценарию Аркадия Высоцкого. К моим рассказам это не имеет практически никакого отношения. О. Ярослав.

О контактах о.Ярослава с киношниками

О контактах о.Ярослава с киношниками — читайте рассказ «КИНО» (в новой книге батюшки «Тоскующие по небесам»):

Отцу Петру выпало нежданное поприще -консультировать съемки фильма. «На канонической территории твоего прихода будет сниматься фильм, — сказал архиерей. — Тематика сельская, в сценарии есть восстановление храма, так что надо соблюсти соответствие». При этом вручил еще и официальную бумагу, из которой следовало, что отец Петр должен провести на съемках десять дней «в свободное от богослужений время».

Отец Петр и свой храм ремонтирует — целыми днями на лесах, на крыше, да и детишек — четверо: два отрока, два младенца, а тут — кино еще.

И вот приехали: толпа людей, автобусы, грузовики, автокран, легковушки. И знаменитая актриса. Расположились километрах в десяти от отца Петра на высоком берегу реки и попросили отслужить молебен. Служит он «перед началом доброго дела» и видит, что никто не осеняет себя крестным знамением, а знаменитая актриса вообще покуривает в сторонке.

— Вы что же, — говорит, — драгоценные братья и сестры, сплошь — нехристи?

Двое или трое послушались, перекрестились. После молебна всякий интерес к священнику утратился: разбили тарелку — обычай такой, поднялся гвалт, и отец Петр незаметно уехал.

А фильм этот вышел в свой час на экраны и был отмечен наградами.

Последние книги и рассказы о.Ярослава (Шипова)

Священник Ярослав Шипов. «Райские хутора» и другие рассказы — М. : Издательство Сретенского монастыря, 2012. — 624 с. ISBN: 978-5-7533-0725-5 — Тираж 150 тысяч экземпляров! (Новых рассказов, на вскидку — нет — т.е. всё есть на нашем сайте)

Очень жаль, что книга прекрасных рассказов отца Ярослава Шипова издана так небрежно. И особенно плохо то, что в рассказе «Елизавета» пропущено несколько предложений. В издании 2005 года напечатано:

Священник Ярослав Шипов «Тоскующие по небесам» — Издательство: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2013 — 576 с. ISBN: 978-5-00009-011-4 Гриф ИСРПЦ: 13-303-0229 (Новых рассказов, на вскидку — 20-30 — и их пока нет на нашем сайте)

Это самое полное собрание рассказов священника Ярослова (Шипова).
Герои отца Ярослава — это простые русские люди, души которых, иногода безотчётно, стремятся к небесному, ищут Царствия Божия и правды Его. Это удивительно светлые рассказы, пронизанные душевной теплотой и мягким, добрым юмором. Вместе с тем проза отца Ярослава — это особая форма проповеди Евангельских истин, проповеди Православия.

Священник Ярослав Шипов «Нечто непоправимое. Рассказы» (6 новых рассказов) — Журнал «Наш современник» №11 2014 — Можно читать и скачать по адресу: nash-sovremennik.ru/archive/2014/n11/1411-04.pdf

Palomnik’у
Для чего выкладывать файлы рассказав? — Можно читать и с экрана, правда мне приходится увеличивать размер шрифта — глаз уже не тот. Кроме того, если захочешь рассказ почитать вслух другим, к компьютеру всех не созовёшь, а таскать мой «биг-тауэр», да монитор, да клавиатуру с мышью — дело гиблое. Поэтому я распечатываю рассказ и читаю его с листа. при этом приходится редактировать — шрифт увеличивать, расставлять утраченные буквы «ё», делать абзацные отступы и т.п. Мои внуки, недавно научившиеся читать, если хотят перечитать потом рассказ, спотыкаются без буквы «ё», а некоторые слова, им неизвестные, так и запоминают с буквой «е» — вот ведь современное поветрие — экономить на буквочке!
Поэтому лучше всего, на мой взгляд, выкладывать в формате .rtf, так проще потом редактировать, и допустить возможность скачать и отдельные рассказы и весь сборник целиком — не всегда есть под рукой интернет, а если архив хранится на диске, всегда можно к нему обратиться.
С уважением, Владимир
PS — мнение моё может Вам показаться и нескромным, прошу извинить

Простите, руки до всего не доходят

Простите, руки до всего не доходят. Надо будет сделать.


Статьи по теме